БОЙ ЗАТИХ. Быстро наступили вечерние сумерки. Над низиной стлался едкий пороховой дым. Он заползал в окопы,    где уставшие за день бойцы негромко вели разговор о только что отгремевшем бое, о погибших товарищах,  которые лежали неподалёку от наблюдательного пункта, прикрытые  палатками. Ещё утром командир первого взвода лейтенант Смирнов весело шутил, давая наставления своим бойцам – и вот его уже нет. Многие из тех, кто смеялся его шуткам, лежат теперь рядом с ним.

         В блиндаже санитарка Галя что-то колдовала над раненными солдатами,  которых не смогли отправить в тыл, а телефонист Вася Басов, согнувшись у телефона, ждал звонка из штаба батальона. Заместитель командира первого взвода сержант Панов и командир второго взвода лейтенант Голиков доложили мне о потерях во взводах и стали рассказывать об отдельных моментах боя. Я слушал их внимательно, хотя всё  видел сам, дважды подменял убитых пулемётчиков, бросал связку гранат в прорвавшийся танк, вместе ходил в контратаку и смотрел смерти в глаза.

       И теперь, слушая Голикова, я вспомнил, как он остановил связкой гранат немецкий танк, вползший на бруствер. Танк загорелся, словно факел. А часть пехоты  все-таки ворвалась в траншею. Что и говорить, кое-кто из наших необстрелянных бойцов растерялся, но на помощь опять пришёл лейтенант Голиков: в его руках оказался пулемёт, из которого он кинжальным огнём начал расстреливать фашистов. Немецкая пехота стала откатываться назад, Голиков поднялся во весь рост:

      - За нашу Родину, вперёд!

  Вслед за своим командиром бросились бойцы его взвода, поднялся и первый взвод. Завязался рукопашный бой. До 30 немецких солдат нашли себе могилу в тот день. Первая атака противника  была отбита.

      Я слушал взводных и ждал звонка командира батальона: хотелось услышать хотя бы подбадривающее слово. Но звонка не было. Напрасно Вася Басов монотонно называл позывной, вызывая батальонных связистов. Связь была прервана, основные силы полка отошли на заранее намеченный рубеж, а наша рота осталась в тылу противника, удерживая шоссейные дороги, ведущие на Борвенки.

      Случай свёл в одной роте трёх земляков. Лейтенант Голиков, как и я, был с Дона, с хутора Верхне-Греково.  Мне хотелось рассказать и о нашем третьем земляке Петре  Сазановиче  Кривошлыкове с хутора Киевского. В нашей роте он тоже командовал взводом, который оборонял один из стыков дорог. Немцы превратили этот клочок в сплошное месиво разворочённой земли и металла. Казалось, там нет живого места.   Но стоило только подняться фашистам в атаку, как с небольшого клочка земли израненные люди обрушивали на них шквал огня. Перед заходом солнца через боевые порядки взвода прошло до 20 танков противника в направлении Борвинков, многие из них так и остались стоять исковерканными.  Два часа с взводом лейтенанта Кривошлыкова не было никакой связи, и все мои попытки установить её не имели успеха. А в голове была одна и та же мысль: «Что же там с моим земляком? Жив ли?»

      Остатки роты – два взвода, которые были со мной, я решил перевести на позиции взвода лейтенанта Кривошлыкова. И сейчас в глазах  стоит та картина, лейтенант Кривошлыков с перевязанной головой сидит в кругу своих бойцов и учит их, как обращаться с трофейным оружием. Когда мы подошли, он встал и бодро доложил:

- Товарищ лейтенант задача выполнена… - бросился к нам в объятия.

      В течение дня взвод лейтенанта Кривошлыкова много раз отражал атаки, подбил несколько танков, уничтожил до 40 фашистов. Сам Кривошлыков кем только не был в этом бою: и командиром, и пулемётчиком, и гранатомётчиком, и стрелком из противотанкового ружья. Личный пример командира,  который сам уничтожил два немецких танка, воодушевлял бойцов.

       К вечеру во взводе лейтенанта Кривошлыкова не осталось ни одной гранаты, ни одного противотанкового патрона.      Все четыре пушки  были уничтожены врагом, а  оставшиеся в живых бойцы почти все получили ранения. Так закончился этот бой, в котором я участвовал вместе со своими земляками.

         В следующем бою под городом Изюмом лейтенант Кривошлыков был смертельно ранен, а лейтенант Голиков в бою за деревню Красный Шахтер убит.

       Так сражались наши земляки, защищая родную землю от фашистских  захватчиков. Рассказав о них, я выполнил свой долг перед ним. Пусть память о них будет вечной.

Газета «Слава Труду» №34, 21 марта 1965г.                 И.УКРАДЫЖЕНКО.

                                                                                                        Полковник

                                                                                         Герой Советского Союза.