Шел 1944 год. Наш 838-й стрелковый полк отвоевывал у врага белорусскую землю. Наступление в основном шло успешно. Однако соседние части задерживались, из-за чего полк с обеих флангов остался неприкрытым и попал в окружение. Заняли круговую оборону.

Когда командир полка Левченко по рации связался со штабом дивизии и доложил обстановку, то получил приказ идти на прорыв из вражеского кольца. Стали готовиться к этой операции. Два батальона были стянуты в кулак для стремительного броска, третий должен был прикрыть тыл.

А на командном пункте решался вопрос о знамени полка. Сюда вызвали молодого офицера, командира роты автоматчиков, и сказали, что ему оказывается высокое доверие: надо сохранить, вынести полковое знамя. Молодой офицер снял гимнастерку и обмотал грудь знаменем. В группу поддержки он взял старшину из своей роты и двух солдат. Решено было передвигаться вслед за батальонами, обеспечивающими прорыв.

И кто мог предвидеть то, что случилось потом. Противник неожиданно нанес удар с правого фланга. Рвались мины. Снаряды. Загорелись наши автомашины, метались перепуганные лошади. И к несчастью оказался раненым и контуженным тот самый молодой офицер. Тогда старшина снял с него знамя и обмотал им себя под гимнастеркой. А двум автоматчикам приказал вынести из этого огненного ада командира роты.

Наши два батальона тоже перешли в наступление и вскоре прорвали окружение. Но третий. Тыловой батальон, состоявший в основном из хозяйственных частей, оказался отрезанным от полка. И только с большими потерями тоже прорвал кольцо. Когда собрались вместе, то никто не знал о судьбе полкового знамени. Спасенный командир роты автоматчиков пришел в себя, рассказал о случившемся. Все были глубоко поражены. Ведь утеря знамени – это серьезное дело. В этом случае полк подлежал расформированию. Все офицеры должны предстать перед военным трибуналом и понести наказание.

У всех, кто вышел из окружения, было гнетущее предчувствие большой беды. Командир полка, наконец, решился доложить в штаб дивизии о случившемся, и заявил, что лично он сам готов понести ответственность. Но командир дивизии, оценивая ситуацию. Дал время подождать, пока все станет окончательно ясным. Возможно, кто-то еще выйдет из окружения.

А полковое знамя в это время передвигалось по тылам противника. Старшина роты нес его на себе. Оказалось, так, что он не успел вместе с третьим батальоном прорваться из окружения. Но сам он белорус и хорошо ориентировался на родимой стороне. А это были сплошь болотистые места. За дни скитаний встретил двух артиллеристов и полкового повара. Только через 15 дней они вышли к своим, в расположении соседнего полка нашей 237-й стрелковой дивизии. И старшина доложил о том. Что знамя 838-го полка находится у него, под гимнастеркой.

Так была спасена честь полка. Полк снова обрел боевую уверенность.

Позже старшина был награжден за этот свой подвиг. Фамилию его я не помню, но вот захотелось рассказать об этом фронтовом эпизоде в канун празднования 55-й годовщины Великой Победы.

Д Кулешов, ветеран войны и труда. Сл Кашары

Слава труду №49 4.5.2000