Это не было официальным названием. Но в Верхне-Макеевке его все называли Церковным, потому что выходил он к Свято-Покровской церкви, расположенной на юго-восточной окраине нашего большого и по-своему живописного села. Там, в Церковном, прошли мое детство, совпавшее с незабываемыми годами войны, с их тревогами, переживаниями и радостями.

Одной из таких радостей была музыка. Тогда на деревенских улицах и праздниках звучали гармошки-двухрядки, балалайки или гитары. А тут однажды мы были поражены чудесными напевами невиданной и до того неслыханной диковинки – трофейного аккордеона. Играл на нем наш сверстник Толя Соколов.

Мы, пацаны из Церковного переулка, - я и мой брат Коля, Алеша Рябинский и его брат Федя, с нетерпением ожидали вечера. Когда после трудного летнего дня село немного притихало, Толя выходил за ворота, садился на скамейку под хатой и начинал свои незамысловатые, но такие притягательные концерты, оставшиеся в памяти земляков на всю жизнь…

Отец Толи – Егор Иванович Соколов выслал из Германии по частям итальянский аккордеон. А дело было так. Во время наступления бойцы его обнаружили в нише пулеметного дота. Оставленный бежавшим или погибшим хозяином роскошный инструмент передали Егору Ивановичу. Он часто рассказывал товарищам о своей семье, о сынишке Толе, у которого, судя по всему, были музыкальные способности. Так, видавший виды, немало покочевавший по окопам инструмент очутился в Макеевке. А тут как раз по ранению прибыл домой Алексей Ефимович Лавронов, известный в округе талантливый баянист. Он не только собрал аккордеон, но и научил Толика играть простенькие мелодии. Никто и подумать тогда не мог, что вся дальнейшая жизнь Толика – Анатолия Егоровича Соколова будет связана с искусством: он долгие годы работал директором Верхне-Макеевского Дома культуры.

Это он научил верхнемакеевских ребят играть на электрогитарах, организовал гремевший в районе коллектив художественной самодеятельности. Он привлек руководителями кружков учителей Лавроновых – Алексея Ефимовича и Руфину Тимофеевну, разносторонне одаренных энтузиастов. Но все это было потом, годы спустя…

А сейчас он старательно выводит завораживающую мелодию старинного вальса «На сопках Маньчжурии». Мы слушаем, раскрыв рты, просим разрешения хоть одним пальчиком, хоть разочек, предварительно потерев ладошку о подол рубахи, прикоснуться к клавишу, услышать звук. Удовольствие неописуемое…

В 1939 году, уже в возрасте 29 лет, Егора Соколова  призвали на действительную службу. После окончания школы ремонтников его определяют в мастерские по ремонту и техническому обслуживанию артиллерийских орудий. С началом войны их мастерские по железной дороге направили на Кавказ. На станции Лихая состав попал под бомбежку. Егор Иванович получил тяжелое ранение и некоторое время лечился в госпитале в Грузии. После излечения в мастерские уже не попал, стал водителем грузовика, доставлял боеприпасы, в основном снаряды, на передовую. Работа тяжелая, изнурительная и опасная. Немецкая авиация охотилась за автотранспортом, да и склады зачастую подвергались налетам.

Людей и техники здесь зачастую гибло не меньше, чем на передовой. Работа кипела днем и ночью. Военную путь-дорожку рядовой Соколов прошел от начала до конца: участвовал в освобождении Кубани и Ростова, Варшавы и Праги.

Демобилизовался в 1946 году и поступил водителем бензовоза в Верхне-Макеевскую МТС. А когда МТС были упразднены, директора Верхне-Макеевской МТС Г.И. Свердлина избрали председателем вяжинского колхоза «Родина». Он пригласил Егора Ивановича в хозяйство, как надежного и добросовестного работника. Там он и работал до пенсионного возраста.

Достойную жизнь прожил фронтовик Соколов. Вместе с женой Ольгой Андреевной вырастили троих детей, которые продолжили их дело.

Иван Алексеевич Квиткин, сл. Кашары

«Слава Труду» №22, за 22 февраля 2007 года.